Коррекция трудностей в обучении

С профессиональной точки зрения, эта программа — редкий пример грамотной адаптации нейронаучных принципов для массового образования. Она работает не с симптомами (плохими оценками), а с причиной — несформированностью базовых психических функций. В моей практике был случай с девочкой 9 лет с диагнозом СДВГ и тотальной школьной неуспеваемостью. Школа настаивала на переводе на домашнее обучение. Мы начали заниматься по программе, делая акцент на развитии произвольного внимания и регуляции поведения. Через полгода учителя не узнали ребенка: она могла высидеть весь урок, начала вести тетрадь, а главное — у нее появился интерес к учебе как к процессу. Программа дает не просто упражнения, а инструменты для перестройки мозговой деятельности. Для коллег скажу: здесь есть и четкий диагностический алгоритм, и этапность коррекции, что позволяет объективно оценивать динамику. Это серьезный рабочий инструмент, который меняет прогноз для многих детей с учебными трудностями

Выражаю огромную благодарность автору пособий «Шаги к успешности» Алендеевой Ольге Михайловне за такое необходимое подспорье в работе с учащимися начальной школы. Использую его в разных классах, в разных группах, в зависимости от задач варьируя задания по возрасту и по сложности. Такие задания являются развивающе - коррекционными как для обычных детей, так и для детей с ОВЗ. Это особенно важно для педагогов-психологов и педагогов начальной школы, работающих в условиях инклюзии и ведущих внеурочную деятельность.

Мои ученики — это дети 7-8 лет, которые уже в первом классе попали в категорию «не справляется». У них не патология, а стойкая учебная неуспешность: читают по слогам, когда другие уже бегло, путают понятия «больше-меньше», не могут удержать условие задачи в голове. Стандартные дополнительные занятия здесь не работали — они лишь увеличивали нагрузку и отвращение. Я помню ребенка, который в начале второго класса не мог запомнить даже короткое стихотворение. Мы с ним по программе начали не с литературы, а с развития слухоречевой памяти через специальные игры и ритмические упражнения. Через два месяца он не только выучил стих, но и сам заметил: «Я теперь, кажется, понимаю, что учительница на уроке говорит». Для него это был прорыв. Сила программы — в её адресной точности. Она не предлагает абстрактное «развивайте мышление», а даёт конкретные упражнения на развитие, например, способности к анализу и синтезу, которые и блокируют понимание математики. Я, как педагог, перестала гадать и начала действовать по понятному алгоритму: выявила слабое звено по типам ошибок → выбрала соответствующий блок программы → получила прогнозируемый результат.